JOURNALCHIK.RU
2022.01.28 17:32

Сергей Савчук: Среднеазиатский блэкаут. Региону предстоит выбрать между тьмой и Россией

Сергей Савчук

Вчера в Узбекистане было полностью восстановлено электроснабжение после случившегося во вторник масштабного сбоя, охватившего практически весь регион.

Известно, что в республике обесточенными довольно длительное время оставались ключевые инфраструктурные объекты: аэропорт и метро в Ташкенте, где почти сутки отсутствовала питьевая вода, не работали водопровод и канализация, отключилось отопление.

В киргизской столице замерла работа главного аэропорта страны, остановилось насосное оборудование на водонапорных башнях, вышла из строя система управления дорожным движением, в отдельных городах электроэнергия отсутствовала в принципе, погрузив крупные населенные пункты в темноту и тишину.

В Казахстане сбой в работе энергосистемы наблюдался только в южной части страны, в районе Алма-Аты, Шымкента, Тараза и в Туркестанской области, но там он носил весьма масштабный характер.

Из Туркмении приходят разрозненные сведения, но волна темноты дошла и туда.

Интересно то, что стороны, которые затронула авария, тут же бросились обвинять друг друга. Узбекистан и Киргизия заявили, что вина лежит на Казахстане. Последний в ответ выдвинул претензии, что наброс мощности на участке магистральной ЛЭП между Карагандинской и Жамбыльской областями произошел по вине Ташкента и Бишкека, которые допустили аварийный дисбаланс в объединенной энергосистеме Центральной Азии (ОЭС ЦА).

На данный момент электропитание почти везде восстановлено, но само событие имеет гораздо более глубокие корни и не самые приятные последствия для всех участников, к тому же тесно связанных с нашей страной.

Стороны могут обмениваться претензиями сколько угодно, мы же будем отталкиваться от фактов. Начать стоит с того, что авария произошла где-то на участке транзита “Север — Восток — Юг Казахстана”. По утверждению киргизской стороны, которое их казахские соседи даже и не думали опровергать, сработал аварийный автомат размыкания, в результате чего перетоки — не только на юг Казахстана, но и далее за границу — упали сразу на полторы тысячи мегаватт.

И вот здесь во весь рост поднимается проблема, о которой нечасто пишут и говорят.

Казахстан, Узбекистан, Киргизия, Таджикистан и Туркмения формируют так называемое центральноазиатское энергокольцо. Проектировалось и создавалось оно более полувека назад, а именно в конце 1960 годов. Перед советскими инженерами-энергетиками стояла задача, по своей сложности сравнимая с библейской. Только они должны были не накормить тремя хлебами несколько тысяч человек, а придумать, как при небогатом наборе инструментов обеспечить бесперебойные поставки электроэнергии сразу в несколько республик, где параллельно бурно развивались легкая промышленность и сельское хозяйство.

И решение было найдено.

Поскольку все национальные республики входили в состав единого государства, то вопрос о трансграничной координации не стоял и система работала, управляемая из координационно-диспетчерского центра в Ташкенте. Казахстану отводилась роль главной транзитной артерии: из РСФСР туда заходило сразу семь энергомостов, по которым столь необходимые мегаватты уходили на юг, в первую очередь в Узбекистан, где был и до сих пор наблюдается значительный энергодефицит.

Электричество в главную хлопковую житницу СССР поставляли и Киргизия, и Таджикистан. Значительная часть обеих стран — это горы, и потому было принято логичное решение делать ставку на гидроэлектростанции. Отметим, что в наследство таджикам и киргизам досталось почти восемьдесят водохранилищ различного размера, на которых формировались дамбы с установленными гидроагрегатами. Но было бы ошибкой думать, что эти две республики не знали проблем.

Единое энергокольцо подразумевало, что в осенне-зимний период Таджикистан и Киргизия должны накапливать воду, чтобы жарким азиатским летом спускать ее, производя электричество для себя и соседей, попутно обеспечивая полив хлопковых полей Узбекистана. Соответственно, в период холодов Таджикистан и Киргизия сами испытывали нехватку электричества и ее компенсировали поставками мазута и угля “с материка”. Если говорить о соотношении гидро- и тепловой генерации здесь, то на водные ресурсы приходится тридцать процентов производства, а тепловые станции обеспечивают остальные семьдесят.

Центральноазиатское энергокольцо отлично работало ровно до момента распада Советского Союза. Вместе с парадом суверенитетов начался период раздоров и бесконечных сложностей. Каждая из сторон использовала доставшиеся ей в наследство инфраструктурные возможности как инструменты локального трансграничного влияния. Претензии Узбекистана и Туркмении к Таджикистану и Киргизии по вопросам поставок электричества и подачи воды стали такой же обыденностью, как ежегодные российские разборки с Украиной, которая то воровала газ, то требовала пересмотра цен и контрактов.

Единая энергосистема по инерции просуществовала до 2003 года, когда из нее вышла Туркмения, а в 2009-м покинул Таджикистан. Страны региона все дальше расходились в разные стороны, принимая и не согласовывая с соседями профильные законы, механизмы тарификации и налогообложения. Все это донельзя усложняло и так непростую систему взаимных поставок, приводя к регулярным отключениям.

Среди причин сложившейся ситуации нужно упомянуть два ключевых обстоятельства.

Первое состоит в том, что население в условных границах бывшего энергокольца с момента распада СССР значительно выросло. Численный состав Узбекистана с 1991 года увеличился с двадцати до тридцати четырех миллионов человек. Население Таджикистана удвоилось и сегодня составляет без малого десять миллионов, Казахстан показал прирост в два с половиной миллиона душ, Киргизия — плюс два, а Туркмения — плюс три миллиона граждан.

То есть потребление электроэнергии и, соответственно, нагрузка на сети выросли как минимум в 2-2,5 раза. И это притом, что ни в одной из перечисленных стран не построен ни один крупный современный объект генерации вроде Белорусской АЭС. То есть все участники схемы вынуждены постоянно искать возможности для импорта, а перед Таджикистаном и Киргизией в летнее время еще и стоит вопрос, куда девать излишки, а зимой покупать электричество за рубежом. Такая вот сложная экономика.

И здесь мы плавно подходим ко второму подводному камню, на который налетели наши южные соседи. Перегруженные в новых условиях национальные электросети в абсолютном большинстве своем родом из Советского Союза, их средний возраст превышает 35 лет. Это приводит не только к постоянным авариям и поломкам, но и большим потерям при передаче. Известно, что Казахстан из-за изношенности сетей ежегодно теряет от семи до двадцати процентов электричества, по его соседям такие данные найти крайне сложно, но там ситуация совершенно точно не лучше. Правительства это понимают, но на пути модернизации стоит препона, идеально описанная героем известного мультфильма: чтобы продать что-то ненужное, нужно купить что-то ненужное, а у нас денег нет.

Это правда, бюджеты перечисленных стран не могут позволить массовую переукладку силовых кабелей и замену ЛЭП. Недостаток генерации потенциально можно было бы решить при помощи казахского угля, запасы которого только в Экибастузском бассейне оцениваются в десять миллиардов тонн, но международные кредитно-финансовые организации, верные глобальной зеленой повестке, отказываются инвестировать в проекты, связанные с добычей ископаемого топлива и тем более угля. Время идет, население всех пяти стран растет, сети стареют, а на смену старым ТЭС не приходят новые. Замкнутый круг.

И вот в этой точке исторического осознания поднимается вопрос: как же решить эту комплексную и системную проблему. Вариантов на самом деле не так уж и много.

Спустя тридцать лет понятно, что участники ОЭС ЦА вряд ли смогут договориться между собой, а значит, требуется привлечение внешнего арбитра или даже, если хотите, внешнего управляющего.

На эту роль в силу политических, финансовых и технических возможностей подходит только одна страна.

Именно у нее Казахстан пару месяцев назад просил любое количество свободной электроэнергии, чтобы спастись от веерных отключений. Она строит атомные станции малой мощности (АСММ), активный интерес к которым проявляет Армения и о потребности в которых говорит Киргизия. На поток поставлено строительство обычных АЭС, одна такая станция уже выдает ток в Белоруссии, и точно такую же как можно быстрее хотят Казахстан и Узбекистан, заключившие предварительные соглашения. Она же полностью завершила техническое вооружение собственных ГРЭС и накопила практический опыт, который очень пригодился бы в горах Таджикистана. Эта страна строит плавучие атомные электростанции, атомные ледоколы и дает государственные займы на строительство новых объектов генерации.

Осталось только вспомнить, как эта страна называется.

Источник
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии

Вход


Solve : *
22 + 30 =


Зарегистрироваться на этом сайте

Solve : *
22 ⁄ 11 =

^